В онлайн-кинотеатре PREMIER вышли финальные серии «Хутора» – комедийного проекта, который только притворяется очередной историей перевоспитания «мажора». В данном случае инфоцыгана в исполнении Сергея Романовича, который попал в странноватую общину под управлением Бати (Гоша Куценко), чье прозвище, как выясняется говорит не только о позиции лидера и авторитета, но и о давней трагедии, когда еще молодой Батя потерял в лесу маленького сына. О сложности тем, завернутых в многожанровую оболочку, мы поговорили с режиссером «Хутора» Ильей Силаевым.
Как у вас вообще появился сценарий «Хутора», который, как я понимаю, пришел к вам еще на начальном этапе?
Мне изначально предложили другой проект – интересный, но я не почувствовал к нему творческой тяги, и спросил, нет ли другого. Так появился «Хутор», где было написано три серии, а остальные были только в разработке. Я прочитал текст, который был на тот момент, меня заинтересовал сеттинг и возможность сделать эксклюзивный мир, ни на что не похожий. И решил, что, если нет следующих серий, значит можно выстроить этот мир вместе с авторами, узнать, как они будут развивать историю и запустить в нее свою режиссерскую пятерню.
Получается, что вы – один режиссер на все 17 серий – оказались между большой группой сценаристов и продюсеров. Насколько это было легко – с учетом того, что вы как соавтор сценария в «Хуторе» все-таки не фигурируете?
Не фигурирую. Я больше общался с креативными продюсерами – Анатолием Молчановым, Вячеславом Зубом, Константином Гарбузовым, – надеюсь, наши беседы вывели на нужную нам линию. Я закидывал свои идеи, а уже написание сценария происходило в авторской комнате.
Тем не менее, как я прочитала у вас в соцсетях, работа над «Хутором» совпала с вашей учебой в сценарной мастерской.
Да, я проходил сценарную лабораторию полного метра Александра Молчанова, и те инструменты, которые он там давал, я пытался как-то использовать, чтобы направить ребят на «Хуторе». Причем, скорее, с точки зрения режиссуры и смыслов, которые необходимы мне как постановщику проекта.
Вы как режиссер шли от сеттинга, который вам понравился, или все же от персонажей, которых придумали сценаристы?
Больше от персонажей, потому что они были очень классными даже в первых сериях, которые я прочитал. Мне стало очень интересно их раскрывать. Есть, например, Боеслав в исполнении Дмитрия Белоцерковского, который хочет, чтобы Батя его хотя бы раз похвалил, он изо всех сил старается стать его правой рукой и даже одевается, как герой Гоши Куценко. Есть младший сын Бати – Пересвет, которого играет Александр Сетейкин, с желанием любви, женитьбы и поздним пубертатом. Даже Лада в исполнении Александры Дроздовой поначалу кажется самой адекватной на Хуторе, но на самом деле хочет вырваться из этой «семьи», как любой подрастающий ребенок, хочет сепарироваться от родителей и начать куролесить и делать те вещи, которые хочет сам. Плюс еще есть Луша, жена Бати, роль которой играет Анастасия Имамова, страдающая от безответной любви и всеми силами привлекающая внимание Бати.
Еще есть прекрасная мама Бати – Агафья, которую играет Людмила Чиркова, – и за счет ее героини внешний патриархат превращается в настоящий матриархат.
Это тот самый матриархат, в котором рождены все дети постсоветского периода, где матери в семье так или иначе руководили мужчинами. В моей семье, например, трое мужчин – отец, старший брат и я, – естественно, моя мама нас как-то пыталась если не «построить», то собрать нас всех, чтобы мы не развалили все вокруг себя и не «самоубились».
Как собирался актерский ансамбль – кто был первым, а кто – последним?
Уже не вспомню, но первым точно появился Гоша Куценко. Мы долго искали маститого артиста на роль Бати, и когда он пришел, то сразу стало понятно, что у нас есть отец. Первые пробы были по зуму: Гоша сказал, что ему понравился материал, у нас произошла точная синхронизация творческих вкусов, и с ним было очень легко и приятно работать.
При этом у него самый объемный образ: в экспозиционных первых сериях он – глава практически секты, но позже раскрывается его личная трагедия с потерянным сыном.
Боль героя Гоши Куценко действительно проявляется в конце третьей серии, и это то самое ядро, нерв, от которого мы со сценаристами отталкивались, выстраивая образ Бати и всего Хутора. Этот сериал не история о перевоспитании, а, скорее, о поиске родственных связей. Для меня самого «Хутор» – история о заблудших душах. Все мы, будто бы, знаем, что делать, но на самом деле абсолютно не знаем, поэтому, как разрозненные молекулы, ходим по этому миру для того, чтобы найти притяжение с другими молекулами и образовать семью. Не всегда это получается по крови, но вот по какой-то боли, по ране мы с другими людьми сближаемся.
Вот как раз названный сын Бати – Артем, которого играет Романович, – мне рассказывал, что успел на «Хутор» в последний вагон, даже без ансамблевых проб.
Это правда, у нас были другие претенденты, с которыми мы прошли довольно большие этапы подготовки – и одиночные, и ансамблевые, – но во всех чего-то не хватало. Сережа Романович изначально пришел на роль Боеслава, а только потом мы подумали, что он прекрасно сыграет Артема, но времени на ансамблевые пробы уже не было, запуск был на носу и я ему сказал, что будет жестко, «грязь, розги, пот, трюки, падения с крыши», и он согласился кинуться в это с головой. И работа завертелась-закружилась, а с Сережей Романовичем работать одно удовольствие! Он привносил свои предложения – с юмором и иронией. И то, что он не проходил ансамблевые пробы – это плюс, потому что он, как и его герой, как чужак появляется на хуторе. Работать с таким профессиональным артистом – огромное счастье.
У вас в соцсетях я прочитала, что вы любите актеров, которые не просто выучили текст, а пришли включенными на площадку. Как режиссеру добиться такой включенности?
Над этим вопросом я ломаю голову по сей день и придумываю разные способы, чтобы вовлечь артистов. Например, с актерским ансамблем «Хутора» мы много играли в странные настолки, которые как будто бы абсолютно не относятся к работе. Но я считаю, что в том числе благодаря этому и сложился ансамбль, потому что мы сплотились, занимаясь такими интересными вещами.
Я читала, что кроме настольных игр вы еще смотрели референсное кино. Каким оно было?
Был большой список. Гоша Куценко посмотрел всё, а он не очень любит хорроры, поэтому «Солнцестояние» дался ему непросто, хотя для меня для некоторых сцен этот фильм был ощущенческим референсом. А Гоша осилил его в три-четыре захода и еще писал: «За что мне это? Памагите!» Еще из референсов у нас была «Сонная лощина» Тима Бертона, «Семь самураев» Акиры Куросавы, «К Северу через Северо-запад» Альфреда Хичкока, который поддерживает дух авантюризма нашего сериала. И с артистами мы еще смотрели фильмы с Бастером Китоном, чтобы комедия была не только в тексте, но и в актерских оценках.
Вы же учились на актера, почему предпочли профессию режиссера?
История довольно прозаическая. Я окончил театральный институт и ждал, когда позвонит Спилберг и позовет сниматься в классном кино. Сначала я работал в театре, был заряжен и хотел сниматься в кино, но меня никто в кино сниматься не звал, поэтому я решил сниматься в кино сам у себя и стал снимать видеоролики. И вот я снимался сам у себя в кино, а потом уже понял, что режиссура мне приятнее и интереснее.
Помню вашу короткометражку «Жираф» на «Короче». Вас после нее позвали снимать сериалы?
Да, после «Жирафа» ко мне пришла продюсерская компания «Среда», которая тогда хотела делать свой онлайн-кинотеатр с оригинальными веб-сериалами и искала для них режиссеров. Так я со своей короткометражкой и обрел счастливый билет!
Последний вопрос, который я задаю всем: чего вам сейчас не хватает в российской киноиндустрии?
Это, конечно, провокационный вопрос. Однозначно на него у меня вряд ли получится ответить, потому что я не так давно работаю в российской киноиндустрии. Но что я точно вижу, что есть люди, которые так же, как и я, больны кинематографом. У них горят глаза, есть вот это вот хорошее творческое безумие в глазах. Это касается всех – и актеров, и творческой группы. Есть люди, заряженные на то, чтобы делать хорошее качественное кино. Вот поэтому не могу сказать, чего не хватает в российской киноиндустрии. Мне всего хватает, я бы только бюджет прибавил.
Все серии «Хутора» в онлайн-кинотеатре PREMIER.